«ЧТО-ТО С ЧЕМ-ТО» 1 часть, глава 42 (онгоинг)

Данное произведение создано для развлечения и не несет за собой цели пропаганды нетрадиционных ориентаций и однополых браков. Все имена и события вымышлены. Любые совпадения — всего лишь совпадение. Все изобретения, упоминающийся в произведении, являются псевдонаучными.

Глава 42
Ревность

Дью несколько раз проверил результаты и каждый раз получал тот же ответ. Это было похоже на мистику. Надо посоветоваться с профессором, может у него на это счет есть идеи. Он позвонил ему и вот уже сидел перед ним и непонимающе чесал затылок.
— Профессор, вы когда-нибудь сталкивались с таким?
Вянь задумчиво чесал подбородок. Он перебирал в памяти все возможные дела, но ничего не находилось.
— Нет, Кхун Дью, такое на моем веку впервые. Я даже предположить не мог, что такое может быть. Надо сделать еще тесты и взять анализы. Вот только, Кхун Дью, не давите на него, а то себе дороже будет. И рассказывать пока ничего не надо. Договорились?
— Я вернулся! — в дверь вошел Пхат и застал их врасплох.
— Пхат? — удивленно спросил Вянь. Прозвучало как-то не очень гостеприимно.
Пхат насупился и похоже обиделся. Неожиданное его появление во время тайного разговора как-то выбило их из колеи. Они пытались оправдаться, но он был неумолим. Поел печенюшки и вроде бы остыл, но вот дернуло же Дью попросить его снова сдать анализы. Если бы взгляды убивали, то он бы был трупом. Пхат после этого просто вылетел из кабинета профессора. И что теперь делать? Как уговорить его на тесты и прочее? Придется обращаться снова к Туну.
Вянь в задумчивости смотрел куда-то внутрь себя. Дью уже было хотел уйти, но профессор его остановил:
— Кхун Дью, а вы понимаете, что это значит, если анализы верные?
— Так, профессор, давайте все-таки без официоза. Зовите меня просто Дью. Мы же с Пхатом родные братья как ни как.
— Ладно, не сердись на старика, — улыбнулся Вянь. Он еще толком не привык к тому, что у него теперь не дочка, а сын, как их стало двое.
— Да я не сержусь, — Дью слегка засмущался, — так что вы хотели сказать? Что это может значить?
— А это значит, что у них могут быть свои родные, — профессор многозначительно поднял палец вверх, — общие дети.
— Как это? — Дью не сразу понял о чем Вянь. Но когда до него дошло, улыбка радости растянула ему род до самых ушей, — Профессор, это значит…
— Да, Дью, это значит именно это, — улыбаясь ответил ему Вянь. Ведь если это так, то это просто дар судьбы для них, — Только молчок пока. Надо все перепроверить, как и договаривались. С Туном я сам поговорю.
Дью попрощался и поспешил к себе в лабораторию. Перед уходом на дежурство в больницу, он еще раз успеет проверить и сделать дополнительные тесты.
То, что ему рассказал Дью, его очень заинтересовало и заинтриговало. Как вообще такое могло произойти? Это на физиологическом уровне вообще не возможно. Но это случилось. И этот феномен очень заинтриговал профессора. Надо все еще раз проверить. Может это все же какая-то ошибка? Ладно, сделаем повторные анализы, проведем ряд тестов, а там видно будет — решил Вянь и занялся делами, которые отложил, когда пришел Дью. А он интересный молодой человек. Они очень похожи между собой с Пхатом. Очень много схожего и во внешности и в характере, да и в поведении — профессор каждый раз общаясь с Дью, отмечал это. Вот что значит близнецы — выросли в разной среде, а все равно схожи. Да уж, поистине мать природа полна загадками. Всю свою жизнь профессор пытается разгадать их. Что-то получается, а что-то так и остается “тайной покрытой мраком”.
Вянь Вянь открыл ящик стола и достал шкатулку. Он поставил ее на стол перед собой и нежно провел по ней руками, как бы смахивая невидимую пыль. Посидел немного в задумчивости, от чего-то вздохнул, набрал код на замке и открыл шкатулку. Он стал перебирать ее содержимое. Вот фотография Мэоу, сделанная при их первой встречи. А вот эта их совместное фото, когда он впервые повел ее в парк на аттракционы. У нее здесь такие удивленные и одновременно испуганные глаза. Для нее тогда мир открывался с новой стороны. Мир, где ее любили и заботились о ней. Где не надо было бояться, что тебя обидят. Вспоминая это, на глазах Вяня навернулась скупая слеза. В своей жизни он никогда ни из-за чего не плакал. Исключением всегда была она. Эта девочка с первого дня проникла в его душу и навечно там поселилась. Он смахнул слезу и продолжил перебирать документы. Вот ее метрика. В ней данные довольно предположительные, так как на момент когда ее нашли, ей было уже 1,5- 2 месяца от роду. А вот документ об ее удочерении Вянем. И еще фото: со школы, с друзьями, в лаборатории, на занятиях… еще здесь были газетные вырезки о пропавших детях. Все эти годы он не оставлял надежду найти родных Мэоу. Когда появился Дью, он немного успокоился в своих поисках, так как теперь она не была одна и Вянь мог вздохнуть с облегчением. Он уже стар и не за горами тот момент, когда ему придётся уйти. Она теперь не будет одна. Конечно у нее есть Тун, но родная кровь всегда останется родной.
Вянь достал еще две фотографии. На одной Мэоу в красном платье смущенно улыбается в камеру. Ей не привычен такой наряд. А на второй она в кожаной куртке и джинсах у своего любимого байка. Только она здесь уже Пхат. Кто же знал, что так распорядится судьба, что девочка Мэоу останется только в воспоминаниях. Конечно же это безусловно один и тот же человек, но они разные. Когда профессор это первый раз заметил, он стал наблюдать больше за ней. По началу она была собой, только внешне парень. Но со временем ее внутренний мир стал меняться. Она оставалась все той же Мэоу, но у нее появились новые черты характера. Она раньше сначала делала что-то, а потом думала. Сейчас же все больше наоборот. Она стала более уравновешенной и собранной. Она становится, как бы это не звучало, лучшей версией себя в мужском обличие. И все же старая Мэоу нет нет , да проскакивала. Вот как сегодня. Профессор ей так и сказал, чтобы она ее не включала. И кажется он ее обидел. Но ничего. Она не умеет долго обижаться. Стоп. Это она не умеет, а он? Профессор почесал подбородок. Видно придется ему заново узнавать свою дочь, вернее сына.
Он взял со стола фоторамку в которой была фотография Мэоу, заменил ее на фотографию Пхата и поставил на место. Он вспомнил, как вчера фото Мэоу на его столе увидел Мин, зашедший к нему по какому-то делу. Парень, взяв в руки фото, долго стоял, не сводя с него глаз. Его лицо тогда стало белым, как полотно. Профессор не на шутку испугался за него — может нужна какая помощь. Но Мин уверил, что все в порядке, не надо беспокоится и ушел даже не сказав за чем приходил, все пребывая в какой-то прострации. Может он знает настоящую сущность Пхата и его просто сильно впечатлило его прежний вид? Уберем-ко фото девушки подальше, а поставим фото парня. Вот так-то лучше. Давно так надо было сделать. Затем собрал все фото и документы обратно в шкатулку и убрал ее в стол. Теперь она парень и если найдутся родственники объяснить им эту метаморфозу будет сложно. И все же поиски надо продолжить.
Убрав шкатулку, он встал из-за стола и направился в лабораторию. Как раз заканчивалась диагностика капсулы. Надо сверить результаты и если надо, устранить неполадки. Кстати, надо бы провести осмотр капсулы в убежище. Давненько этого не делали.
Мы лежали на диване в моем кабинете, пытаясь восстановить дыхание. Такого бурного общения у нас давненько не было. Я вытянула руку и в очередной раз посмотрела на кольцо. У меня обручальное кольцо! Я дождалась. Я верила, что Тун все же сделает мне предложение, а не просто поставит перед фактом. Это же романтика. Я все же девочка. Мне цветочков, бантиков иногда хочется. Я повернулась к Туну и чмокнула его в нос.
— Спасибо, что ты все таки сделал это.
Он смущенно отвернулся. Вот ведь как, а он дурак. Надо было давно это сделать. Все же он не воспринимает Пхата девушкой.
— Да ладно тебе, не смущайся, — я ткнула его легонько в ребра. Он заулыбался — щекотки он боится просто до умопомрачения. Я этим иногда пользуюсь.
— Прости, я все время упускаю из вида, что ты деву…
— Так, стоп! — перебила я его, — Мы же договорились не называть меня так. Делать для меня что-то этакое романтичное, делай, а вот говорить, что я девушка не надо. Ты же реально понимаешь, что потом разговоров не оберешься. Об этом знают несколько человек, поклявшиеся хранить эту тайну. Она в первую очередь связана с капсулой и секретными разработками профессора. Тебе, надеюсь, не надо напоминать чем раскрытие этих секретов чревато?
— Хорошо. Я не буду, — он обнял меня покрепче, как будто я убегу, — Кстати, не хочешь завтра к астрологу сходить?
Я внимательно на него посмотрела. Он же не особо верит во все эти вещи. Это его мама скорее всего попросила.
— Пойдешь со мной?
— Я с тобой хоть на край света пойду, — он уткнулся мне в плечо и поцеловал его.
— Малыш, не начинай. Я еще от прошлого раза дыхание в норму не приведу, — смеясь, сказала я.
— А я не начинаю. Я просто продолжаю, — ответил Тун и пленил мои губы.
Это сладостный плен и он мне очень приятен. Но как бы то ни было, нам пора заняться делами. Я обхватила голову Туна руками и чуть отстранила от себя. Посмотрела ему в глаза. Эти бездонные любящие глаза за которые я готова душу отдать.
— Милый, давай остановимся. У нас еще вся вечность впереди, куда нам торопиться, — я нежно гладила его по щеке.
— Ты прав, котенок, — Тун провел пальцем по моему лицу, очерчивая брови, нос, губы, — Мин там на стреме уже наверное весь извелся…
— Где Мин? — я чуть не подскочила.
— У кабинета сторожит, чтоб нам никто не мешал, а что?
— Тун, ну ты… — я вскочила с дивана и начала одеваться. Блин, не удобно-то как.
— Ты чего всполошился? Дверь закрыта, нас никто не видит…
— А слышать они тоже не могут? Блин, Тун, ну мы же не можем тихо все делаем. Что Мин о нас подумает?
— И что? Это же естественно между влюбленными. Он сам сейчас в отношениях, так что понимает что и как.
— Ты извращенец!
— Нет. Я маньяк по твоим же словам. И ты тоже, — он засмеялся и поймав меня, усадил к себе на колени, — Ну, что ты так разнервничался? В этот раз все было пристойно. Мы тихонечко, — он поцеловал меня в плечо, заглядывая в глаза. Вот ведь… Как же я его люблю.
— Ладно, только ты иди первым и постарайся его отвлечь. Я немного смущаюсь.
— Хорошо. Сделаю, как скажешь, — продолжая улыбаться, он отпустил меня, быстро стал одеваться. Уже в дверях он обернулся ко мне, — Люблю тебя от сюда и до луны, — сказал и вышел из кабинета.
Я так и осталась стоять с полу застегнутой рубашкой. Мне было так приятно на душе, что хотелось кричать об этом, чтобы все знали, как я счастлива.
Тун вышел из кабинета и подсел за столик к Мину. Тот, отложив книгу, поднял на него глаза. Завладев его вниманием, Тун поднял руку и повернул ее к Мину тыльной стороной ладони, показывая кольцо. Мин улыбнулся.
— Этим все сказано, да же спрашивать не за чем, — сказал он. Потом внимательно посмотрел на Туна, добавил, — Ты себя в зеркало видел?
— А что? — Тун посерьёзнел сразу. Что такое?
— Да так, ничего. Улыбаешься, как дурак.
— Мин, — с укором сказал Тун.
— Да шучу. Что мне и подшутить теперь нельзя раз ты обручился?
— Можно, но не надо всем рассказывать, — предостерег друга Тун, подняв палец вверх, — Слушай, пойдем, мне надо с тобой кое-что обсудить.
Мин невольно покосился на кабинет. Тун заметив его взгляд, сначала немного задумался, но потом отогнал от себя ту мысль, что мелькнула у него в голове. Он просто надумывает. А всему виной его безумная ревность. Он встал из-за стола.
— Мин, ты идешь?
— А Пхат с нами не пойдет?
— Нет. Оставим его ненадолго одного. Он просил его не беспокоить.
— У вас ничего не случилось? — Мин как-то забеспокоился.
— Случилось, — Тун прищурил глаза, — Мы теперь обручены, — он снова поднял руку и потряс пальцами перед лицом Мина, — Забыл что ли?
— Дразнишь? — Мин как-то недобро посмотрел на Туна. И тут Мин сказал такое, что ввело Туна в ступор, — Смотри, уведу.
— П-п-подожди, — Тун даже заикаться начал, — Ты что такое говоришь, Мин? У тебя что, есть чувства к Пхату? Так, — глаза Туна начали заливаться кровью, — Говори, только правду говори.
— Я тоже тебя дразню, — Мин улыбнулся, как ни в чем не бывало.
Тун покосился на него — не обманывает? Мин сам по себе красивый парень и то, что он сейчас сказал, очень Туна настораживает. Пхат всегда был благосклонен к Мину и всегда, если надо выговориться, поплакаться, в первую очередь бежит именно к нему. А теперь он выдает такое. Это не может не напрягать. Надо поговорить с Пхатом. Тун развернулся и вернулся обратно в кабинет.
Я сидела за рабочим столом и рассматривала свою руку с кольцом на пальце. Правильно ли мы поступаем? Может нам просто быть вместе как пара? Может этого будет достаточно? Я как бы никогда не горела желанием выйти замуж и теперь, став парнем, это желание не усилилось. Хотя на душе очень приятно. И бабочки в животе. Что это я? Я люблю Туна, а он меня и конечно же самое заветное желание всех пар, это свадьба. В нашем случае не совсем обычная, но все равно мы тоже хотим “долго и счастливо”.
Мои мысли нарушил вернувшийся Тун. Что-то на нем лица нет. Кто обидел и разозлил мою булку?
— Ты чего вернулся?
— Я хочу задать тебе один единственный вопрос, но ты должен ответить мне правду, какая бы она не была. Отвечай честно и не бойся причинить мне боль — я все выдержу, но только я должен знать правду…
— Да что случилось-то?
— Ты ответишь или нет?
— Так спрашивай.
— Что у вас с Мином?
Вот тебе и здравствуйте. С чего это он? Что у них там произошло такое? Кажется я догадываюсь. Ох уж этот Мин и его тонкий юмор. Так, деточка не спеши. Здесь надо действовать осторожно. Булка ревнива на столько, что Отелло отдыхает, а я еще жить хочу. Я невольно потерла себе шею.
— Тун, — я постаралась включить у себя самый умиротворяющий голос, на сколько это было возможно при моей хрипоте, — Как давно ты медитировал?
— Не уходи от ответа, — и вдруг он дернулся, как-будто его ударили, — Это что, правда? Ты с Мином…
— Тун, остановись, пока можешь, — с металлом в голосе сказала я, — Ты сейчас не в себе.
Срочно надо выводить его из этого состояния. Вот же послал Бог характер. Я медленно вышла из-за стола и подошла почти в плотную к Туну. Мне показалось, что я слышу, как сильно стучит его сердце. Да уж, взрывная у меня булка. И это я даже повода не давала. Ну что же, иду на риск. Я схватила его за голову и впилась в его губы своими губами. Он был так напряжен, что я еле смогла из ему расслабить. Я целовала и целовала его, пока не почувствовала, что он начал расслабляться. Вот теперь я могу говорить, потому что он меня услышит. Я перестала его целовать и сказала:
— Я клянусь тебе всем, чем только можно и нельзя покляться, что у меня никогда не было и нет отношений, кроме дружеских ни с Мином, ни с кем либо другим. Ты веришь мне? Кивни хотя бы…
Он смотрел на меня не моргая, но его начало отпускать, это было видно. Медитировать ему надо по-чаще и не заморачиваться. Но что поделать, если у него натура такая. Его ни чем не проймешь, если только это не касается меня. И как я с ним жить дальше буду?
— Ты меня не обманываешь? — он обнял меня.
— Ты совсем дурачок? Согласился бы я выйти за тебя, если бы у меня были отношения с кем-то другим.
— Но ведь…
— Никаких “но”, ты понял? Ты чего это из меня продажную девку делаешь? Хочешь, чтобы я обиделся и ты спал на диване?
— Пхат, я…
— Вот ты всегда так — наговоришь всякой чуши из-за ревности, а потом оправдываешься. Когда ты перестанешь меня ревновать?
— Никогда, — тихо ответил Тун.
— В таком случае все отменяется, — я попыталась освободиться из его объятий, — я не смогу жить с таким ревнивцем. Ты меня придушишь, как Отелло Дездемону без суда и следствия. Нет, не согласен я. Пусти…
— Не пущу! Ты мой! Слышишь? Прости, но я ничего не могу с собой поделать. Столько всего за последнее время произошло, что я наверно морально выгорел. Мне даже медитация как-то не очень помогает последнее время. Я так боюсь потерять тебя, что ревную ко всем. Даже к брату и отцу.
Что-то типа этого я и подумала. Он раньше ревновал, но забрало у него не падало. Он всегда себя контролировал. А вот последние пара месяцев, в особенности после моего похищения, он как с цепи сорвался. Надо бы его подпитать немного. Вот немного окрепну и ты от меня никуда не уйдешь. Я тебя по самую маковку целебной силой залью.
— Успокоился?
— Да, немного пришел в себя.
— Еще раз повторю — для меня существует только один парень на этом свете и этот парень ты, Тун. Ты понял меня?
— Да, Пхат. Прости меня.
— Пойдем завтра к монаху? — неожиданно задала я вопрос. Тун опешил вначале, но не на долго.
— Ты правда согласен?
— Тун, ты дурак? А кто тебе вот на этом же самом месте несколько минут назад руку и сердце отдал? Хотя сердце мое ты получил за долго до этого, — я улыбнулась, вспоминая, как я впервые почувствовала, что начала влюбляться в него.
— Пхат, я действительно дурак, — он опустил голову на грудь.
— И я дурак, потому что люблю тебя, придурка, — сказала я и чмокнула его в нос. Он расплылся в улыбке, — Хватит лыбиться, пойдем.
— Стой, там Мин.
— И что? Мне уже по барабану слышал он что-то или нет после твоего представления. Пошли, — сказала я, взяла его за руку и повела на выход из кабинета.
Мина рядом не было. Умный мальчик. Знает, что пошутил видно не удачно и что может от меня огрести на орехи. Я с ним потом разберусь. Сейчас у меня есть дело поважнее. Мне надо привести в норму душевное состояние своей булочки. Ну что же, приступим…
Мы пришли в лабораторию к профессору. Он как раз возился у приборов рядом с капсулой.
— Папа, — позвала я. С недавних пор я стала его так звать и он был счастлив до безумия, — Ты капсулу уже проверил?
Вянь Вянь с улыбкой повернулся ко мне. Он наверное и не надеялся, что я так быстро отойду после встречи с ним и братом в кабинете.
— Пхат, мальчик мой, что вас привело сюда?
— Так что с капсулой?
— Устранил пару ошибок и теперь можно пользоваться, — все так же улыбаясь, ответил он.
— Значит мы воспользуемся?
— А что случилось? — в голосе профессора появились нотки беспокойства и он перестал улыбаться.
— Ну, про себя я сейчас ничего не скажу — мне там надо замочиться часа на четыре не меньше, а вот Туну надо поставить программу укрепления ци. Что-то он у меня нервным стал. Надо подправить немного.
— Сейчас сделаем, — профессор засуетился у компьютера, устанавливая нужную программу.
— Тун, — я повернулась к своей булки, — иди переоденься.
Тун вышел в ванную и вернулся оттуда в халате. Профессор загрузил программу в капсулу и я помогла Туну погрузиться в жидкость. Закрыв капсулу, я подошла к профессору. Тот нажал кнопку старта.
— Папа, ты мог бы определить более точную дату моего рождения?
Вянь Вянь удивленно на меня посмотрел. Он уже пытался это сделать. Отталкиваясь от даты, когда меня нашли и по тестам моей крови, он сделал определенные выводы. С этими расчётами он обратился к знакомому астрологу и тот составил натальную карту рассчитал дату моего рождения с точностью, как он сказал, до десяти дней. Судя по этой карте, та дата, что мне написали в приюте, входит в диапазон возможных дат моего рождения. Получается, что я могу рассчитывать на то, что сказав астрологу эту дату, я получу приемлемый ответ. Это меня успокоило. Я правда не особо во все это верю, но столкнувшись с поистине чудесными вещами живя с профессором, стала к таким вещям прислушиваться. Вот и славно. Значит завтра состоится поход за датой нашей свадьбы.
Я заглянула в капсулу. Тун мирно спал, покачиваясь в жидкости. Так, сколько ему еще осталось — я посмотрела на таймер, пять минут. Быстро время пролетело. Пойду за полотенцем схожу.