«ЧТО-ТО С ЧЕМ-ТО» 1 часть, глава 20 (онгоинг)

Данное произведение создано для развлечения и не несет за собой цели пропаганды нетрадиционных ориентаций и однополых браков. Все имена и события вымышлены. Любые совпадения — всего лишь совпадение. Все изобретения, упоминающийся в произведении, являются псевдонаучными.

Глава 20
На распутье

В то время, когда я бродила по своему цирку, в реале все боролись за мою жизнь.
— Профессор, вы обратили внимание, что биоритм изменился? — Винай указал Вяну на экран монитора, на котором отражались данные с датчиков, прикрепленных к голове Пхата.
— Очень похоже на фазу глубокого сна, — ответил профессор, внимательно всматриваясь в картинку.
— Он спит? — Тун посмотрел на отца.
— Он в коме, а это состояние еще не совсем изучено. Биоритмы его мозга могут напоминать биоритмы спящего человека. В данный момент у него настала такая фаза, когда все функции организма замедляют свою работу, чтобы восстановить повреждения. Это похоже на то, как если бы мы выключили все приборы и направили всю энергию на поддержание чего-то одного, — Винай успокаивающе положил руку сыну на плечо.
— Отец, он выживет? — по щекам Туна текли слезы.
Профессор с Винаем переглянулись. Если в ближайшие время они не найдут и не вернут так нужную сейчас кровь, то … Об этом не хотелось думать. Вянь Вянь тяжело вздохнул. Кто же знал, что все, что произошло, было сделано для того, чтобы похитить запас золотой крови, что Мэоу сдавала все эти годы. У Дью такая же группа крови, но забирать у него его запас сейчас рискованно — может произойти тоже самое, что и с кровью Мэоу. Так рисковать нельзя. Прежде, чем забрать кровь из хранилища, надо убедиться в ее сохранности. Чем сейчас и занимались часть оперативников агентства. Другие были брошены на поиски и возвращения похищенной крови. Сейчас та малая толика, что Дью смог сдать для переливания непосредственно в операционной, и тот препарат, что Винай достать через свои связи в военном ведомстве, пока поддерживают жизнь в Мэоу. Слишком большая была кровопотеря. А дальше… Остается только ждать чудо.
Глядя на лежащего без сознания мальчика, окруженного всевозможными приборами, забинтованного, как мумия, Винай размышлял о превратностях судьбы. Кто бы мог подумать, что на свете есть еще такой же мальчик, как его Дью? С очень похожей внешностью и с такой же редкой группой крови? Совпадение? Может предположения Мали верны и этом мальчик не мальчик вовсе, а пропавшая сестра Дью? Можно было предположить смену пола, но на теле Пхата он не заметил никаких швов. Да и в том состоянии, в котором он находится, особо не разглядишь. Может сделать тест ДНК, как предложила Мали? Она и образцы ему передала…
— Тун, — тихо позвал Винай сына, — Давай выйдем не на долго.
Они вышли из палаты. Винай, видя в каком состоянии находится его сын, предложил выпить кофе и немного взбодриться. Тун согласно кивнул. Они спустились на первый этаж в кафетерий. Заказали кофе и присели за свободный столик. Винай продолжал наблюдать за Туном. Тот сидел с отрешенным видом. Да, тяжело сейчас ему. Винай прекрасно понимает его. Он сам совсем недавно пребывал в подобном состоянии, когда Мали получила травму и прогнозы врачей были не очень утешительными. Ей повезло. А вот Пхату может так не повести. Травмы очень тяжелые. Большая потеря крови и невозможность ее ничем заменить делают ситуацию почти безвыходной. Им остается только молиться. Как ему поддержать сына? Какие слова ему сказать? Все же разговор об установлении родства Пхата сейчас будет не к месту. Да и в чем смысл? Что из того, что этот парень окажется родной сестрой Дью? Кто от этого выиграет? Никто. Будут только проигравшие. Тун наконец нашел свою половинку. И этот мальчик по всей видимости тоже очень любит его сына. На все воля Божья. Вселенная забрав сестру у Дью, дала ему брата вместо сестры. Но эта же вселенная может и забрать то, что дала. Что тогда станет с Туном? Сможет ли он пережить это? Винай гнал от себя эти мысли.
— Пап, он сможет выкарабкаться? — Тун с надеждой посмотрел на отца.
Его отец очень умный. Он должен придумать, как помочь Пхату. Тун очень на это надеется.
— Он молод. Крепок здоровьем. Так что он должен справиться. Не надо так сильно переживать, сын.
— Ты уверен? — как же он хотел верить отцу, что Пхатом все будет хорошо.
— Есть опасения и не малые, но будем надеяться…
— Я не смогу жить без него, — Тун смотрел отцу прямо в глаза. У Виная сжалось сердце, — Он для меня все. Он — моя вселенная, мой мир. И он сейчас рушится, а я бессилен что либо сделать, — он в сердцах ударил кулаком по столу. Люди в кафетерии стали на него оборачиваться, — Кто? Кто эти уроды, что сделали с ним такое? Я убью их… — уже шепотом, стиснув зубы, сказал он.
Выражение глаз Туна повергло Виная в шок. Никаких сомнений не было в том, что он может совершить свою угрозу в адрес бандитов, что чуть не убили его любимого. Винай протянул руку и, взяв сына за плечо, сильно его сжал, чтобы привести того в чувство. Тун дернулся. Его взгляд прояснился. У Виная отлегло от сердца.
— Успокойся, сын. Их ищут. Я подключил все свои связи и мне обещали помочь.
Не ожидал он, что у сына такие сильные чувства к Пхату. Но если выяснится, что Пхат и Дью родные, то Винаю придется открыть еще одну тайну, которую он хранит все эти годы и о которой не знает никто. И не должен узнать. Видя, как Тун реагирует на ситуацию с Пхатом, Винай подумал, что стоит отбросит эту бредовую затею с выяснением. Счастье сына для него на первом месте. Но если случится так, что выяснится, что они родственники, он раскроет эту тайну, которую пытался спрятать глубоко в себе, не рассказывая никому. Даже Мали.
Профессор наблюдал за показаниями на мониторе. Вот куда эта непослушная девчонка полезла? Судя по показателям, она медитирует. На нижнем уровне. Совсем с ума сошла. И как ее от туда вытаскивать? Ну прям горе с ней. Вечно она не слушается. Вот выпороть бы ее… Только бы очнулась. Только бы выжила. Он простит все ее заскоки. Вянь Вянь смахнул скупую старческую слезу. Выбирайся скорее, Мэоу.
И тут профессора как током ударило. Он засуетился, стал перепроверять приборы. Потом сел и стал чесать подбородок. А ведь это вполне может сработать. Пока Мэоу медитирует на нижнем уровне ее жизненные показатели стабильны, а биоритмы находятся на уровне анабиоза. Это вполне может продлить ей жизнь. А если ее в таком состоянии погрузить в капсулу и задать программу регенерации? Это должно спасти ей жизнь. Одно “но”. В коде регенерации будет прописан ее нынешний код иначе не сработает, а это значит, что она никогда не вернется в свой настоящий облик, оставшись парнем на всегда. Что же делать? Получается, что оставить призрачный шанс на ее возврат значит подвергнуть ее жизнь опасности. А если попытаться спасти, то обречь ее на существование в теле мужчины на всю оставшеюся жизнь. Может ли он взять на себя такую ответственность? Поймет его ли Мэоу? Простит ли старика за его вмешательство в ее жизнь? Все же надо рискнуть. На кону жизнь человека. Что может быть важнее этого?
Если он все правильно рассчитал, то ее глубокая медитация в сочетании с кодом регенерации в капсуле, должны полностью ее восстановить и вернуть к жизни. Он надеется, что она простит его за это решение, что ему пришлось принять. Вянь Вянь набрал номер Генри и отдал необходимые распоряжения.
Реанимационный автомобиль быстро домчал их в лабораторию. К этому моменту программный код был написан и загружен в капсулу. Все было готово к рискованному эксперименту. Тун всю дорогу держал Пхата за руку, ни на миг не отпуская ее. Ему казалось, что стоит ему отпустить его руку, как он потеряет его на всегда. Винай, сидевший рядом с сыном и наблюдавший за его эмоциональным состоянием, все больше и больше убеждался в своей решимости помочь сыну, даже если придется открыть тайну.
Когда профессор поделился своей идеей, Винай сначала отнеся к ней скептически. Это было что-то из ряда фантастики. Как можно регенерировать тело человека? И он даже начал отговаривать от этой затеи, но увидев выражение лица сына, остановился. Что они теряют? Надо испробовать все, прежде чем опускать руки. Даже если это что-то не реальное на его взгляд. Если ничего не делать, то парень точно умрет. А так хоть какой-то шанс появится. Кровь пока так и не нашли, а время неумолимо истекает. Он не особо разбирается в научных экспериментах профессора, но раз тот предполагает, что это может спасти жизнь любимому человеку его сына, то он не в праве запрещать ему что-либо. Тем более Вянь является официальным опекуном Пхата.
С Пхата стали снимать повязки. Тун с замиранием сердца смотрел на покалеченное аварией тело своего любимого. Сняв бинты и гипс, его аккуратно положили в капсулу и включили программу регенерации. Винай внимательно смотрел за всеми манипуляциями профессора и его ассистентов. Теперь осталось только ждать и уповать на Всевышнего, что все пройдет удачно. Неожиданно мое тело стало потрясывать мелкой дрожью.
— Профессор, что с ним? — Винай смотрел на монитор, на который была выведена видеокамера из капсулы.
— Это нормально. Такое бывает при глубокой регенерации, — ответил профессор, сверяясь с показателями. — Кстати, Кхун Тун, я могу с вами поговорить, так сказать, тет-а-тет? — Тун кивнул в ответ и они вышли из комнаты, оставив Виная следить за мониторами.
— Что вы хотели сказать, профессор?
Было видно, что Вянь собирается с силами. Тун забеспокоился.
— Я не сказал раньше, так как и времени не было и отступать было поздно. Но я все же должен сказать хотя бы тебе. Надеюсь, что вы меня, ребятки, простите. Я хоть и старый, но я не глупый и вижу, как вы с Мэоу любите друг друга. Можешь это не отрицать. То, что я хочу сказать, я могу скрыть от нее, но скрывать это от тебя я не в праве.
Тун непонимающе смотрел на профессора. Что хочет сказать этот старик? Что-то не так пошло и Пхат умрет? Говорите же, чуть не закричал Тун.
— Дело в том, Кхун Тун, что после этой регенерации, если все пойдет хорошо и Мэоу восстановится, она никогда не сможет стать обратно девушкой, — почти выдохнул Вянь.
Что он сказал? Тун правильно понял? Пхат навсегда останется парнем? Мысли путались у него в голове.
— Вы слушаете, Кхун Тун?
— Просто Тун, профессор, пожалуйста.
— Так вы поняли, что я сказал? Мэоу навсегда останется Пхатом.
— Это не важно. Скажите, он будет жить? Если да, то остальное не имеет значения, профессор.
— Я все рассчитал и почти уверен, что у нас должно получится. Вот только Мэоу останется в образе парня до скончания своих дней. Это плата за его жизнь, — сокрушенно сказал профессор и повесил голову.
— Профессор, для меня не важно кто он. Я просто хочу, чтобы он жил.
— Я тебя понимаю, Тун. Я тоже хочу, чтобы он выжил, поэтому я принял такое не простое решение. Поймет ли он меня?
— Я думаю, что поймет. Мы не раз говорили с ним на эту тему. Он предполагал, что никогда не вернет свой облик. Оно сейчас так и выходит. Думаю, что он морально к этому готов. Что касается меня, — Тун посмотрел профессору прямо в глаза. Этот взгляд сказал Вяну намного больше, чем мог сказать сам Тун, — Я люблю его и всегда буду любить.
Значит они разговаривали на эту тему и Мэоу предполагала такой исход. Это хорошо. Профессор почувствовал, как камень упал с души. Какое облегчение. Он наконец вздохнул свободно.
— Сколько еще ждать? — спросил Тун, глядя на часы.
— С начала прошло минут сорок, — ответил профессор, так же посмотрев на время, — Полный цикл занимает два часа. В данном случае может и больше. Будем смотреть по обстоятельствам. Давай вернемся, — Тун кивнул и они вошли обратно в комнату.
Время тянулось медленно. Это когда ты очень хочешь выпить чай, а чайник все не закипает. И ты смотришь, смотришь на него, а он все не кипит и не кипит. Наконец раздался звук окончания программы регенерации и в капсуле открылся люк. Все подскакивали с мест и посмотрели через него на плавающее в изотерической жидкости тело Пхата. Он все так же был без сознания, но на теле не осталось никаких следов недавней трагедии. Винай с изумлением смотрел на это чудо и не мог поверить тому, что он видит. Профессор проверил показания на мониторах и вздохнул с облегчением. Все в порядке. Регенерация прошла успешно. Все жизненные показатели в норме. Просто я в глубокой медитации и меня оттуда надо вывески.
Тун наклонился и достал меня из капсулы. Не смотря на то, что я вся в геле, он крепко прижал меня к себе и понес в ванную комнату. Винай хотел было ему помочь, но профессор остановил его, поймав за рукав.
— Оставьте их. Им сейчас лучше не мешать.
— Я хотел проверить пульс и все такое, — начал было Винай, — Это же необъяснимо. Я не могу поверить, что такое может быть. Я…
— Все позже, — перебил его Вянь, — Пхата надо вывести из медитации. Это подвластно только вашему сыну. Поэтому повторюсь — не надо им сейчас мешать.
— Из медитации? Что-то я не совсем понимаю вас. Объясните, Кхун Вянь.
И Вянь рассказал Винаю, что я, будучи в коме, ушла в глубокую медитацию, что навело его на мысль о возможности регенерации. Капсула сделала свое дело. Теперь меня надо было вывести из моего состояния. Это как раз и должен сделать Тун. Да, у Туна очень сильная жизненная энергия и он умеет ей управлять. Он не только разбирается в этом. Он хорош во многих аспектах. Да, их агентство занимается некоторыми специфическими делами и Тун является одним из ведущих агентов. Теперь Винай знает, какой у него замечательный сын. Он не раз спасал жизни людей. Он на особом счету. И профессор от всего агентства выражает Кхуну Винаю огромную благодарность за его сына.
Винай сидел поражённый услышанным. Как можно поверить таким вещам, что он увидел здесь самолично. Эти непонятные приборы как из фантастических фильмах или рассказах . А еще он никогда не мог подумать, что Тун умеет делать столь выдающиеся и неординарные вещи. Отцовская гордость переполняла его. Надо будет поделиться с Мали.
Наблюдая, как Винай переваривает услышанное, профессор улыбался. Потом подошел к компьютеру, пощелкал по клавишам. Заработал принтер. Вянь взял распечатанный документ, ручку со стала и подошел к Винаю.
— Кхун Винай, не сочтите за грубость, но вам необходимо подписать сей документ, — он протянул листок.
Винай пробежал глазами по написанному. То было соглашение о не разглашении. Он сначала хотел возмутиться, но все же согласился, что профессор прав. Если все, что он здесь увидел и услышал придать огласке, последствия могут быть непредсказуемые. Немного поразмыслив, он взял ручку и поставил свою размашистую подпись дипломата.
— Хорошо, профессор, а теперь вы расскажите мне, что за волшебство у вас тут творятся? Я — медик и я — скептик. Но увидев все это, — он замотал головой, — Я до сих пор не верю тому, что я увидел. Даже без подписанного соглашения я никому бы не рассказал. Кто мне поверит, если я сам себе не верю.
Профессор улыбнулся и пригласил Виная с собой в свой кабинет. Там они продолжили разговор за вяньчаем.
Тун принес меня и положил в ванну. Включил душ, настроил температуру воды и стал медленно смывать с меня оставшийся гель. Смыв его, он переключил воду с душа на кран и стал набирать ванну. Я мирно лежала в ней. Пока набиралась вода, Тун разделся и сел в ванну позади меня. Приняв позу и вызвав поток, он положил свои руки мне на спину, объединяя наши энергетические потоки.

Тут я почувствовала знакомое тепло. Он нашел меня. Сердце забилось чаще. Затем я увидела его образ рядом с собой. Он мысленно спросил как я. Он беспокоится обо мне. Моя булочка. Я обернулась на него. Его образ стоял передо мной в ярко светящейся ауре. Она переливалась всеми цветами радуги с преобладанием фиолетового цвета. Оно и понятно. Я потянулась к нему и обнаружила, что меня как-будто кто-то или что-то держит. Я вопросительно посмотрела на Туна. Он успокаивающе кивнул мне и протянул руку. Я ухватилась за нее. Он потянул меня к себе. С трудом, но я подалась ему на встречу. И вот вроде раздался какой-то щелчок и мы оказались под тентом заброшенного цирка. Я подошла к Туну в плотную и обняла его. Как же я по нему скучала. Он обнял меня в ответ. Потом отстранил меня от себя и стал рассматривать. Ах да. Я же в женском образе. Он же меня в нем не видел никогда толком. Я улыбнулась и стала ему себя демонстрировать. Пусть полюбуется, какая я.
Тун смотрел на девушку, которая улыбалась ему улыбкой Пхата и ему стало грустно. Он отметил, что в образе девушки Мэоу больше похожа с Дью, чем когда она парень. Вот значит какая она. Она милая и красивая, но Пхат… И только сейчас Тун понял, что он любит именно его. Вернее ее, но когда она он. Его сердце чаще забилось, стоило только ему вспомнить образ Пхата. Может это потому, что он привык уже к тому, что он парень? Но теперь он не сможет это проверить.
Вертясь перед ним, я заметила, что он улыбается, но как-то грустно. Я мысленно спросила у него в чем дело. Он притянул меня к себе, приобнял и погладил по голове. Нагнулся ближе к уху и прошептал: “Пора возвращаться”. Я сначала не поняла куда, зачем. Потом почувствовала, как меня потянуло вверх. Опять как-будто хлопок и я оказалась на своем нормальном уровне медитации. Так значит все это время я была на том самом уровне, где была запечатана моя ци? И все, что я видела, это ее остатки? Я конечно предполагала, что со мной не все в порядке, но что моя сущность, это одно сплошное шапито? А в прочим, так оно и есть. Цирк да и только. Коней только не хватает.
Я попросила Туна запечатать все эти слои, чтоб не повадно было, а сама стала потихоньку выходить из медитации. Открыв глаза, я увидела себя лежащей на нем в ванне. Я села и огляделась. Эта комната… Она похожа на комнату в лаборатории профессора. А со мной что? Я ощупала себя. Груди нет и хобот в наличии. Я опустила взгляд вниз. Все верно. Я — парень. Сто процентный. И я вернулась.
Пока я осматривалась, Тун вышел из медитации и, сидя за моей спиной, нежно гладил меня по плечам, рукам… Маньяк. Я повернула к нему голову и подставила губы. Целуй давай. Его дважды уговаривать не надо. Он тут же впился в них. Интересно, он дверь хоть закрыл? Но меня ждало разочарование. Дальше поцелуев дело не пошло. На мой вопрос почему, он загадочно улыбнулся и вылез из ванны. Взял с вешалке полотенце и обмотал вокруг своих бедер. Затем взял халат и поманил меня, предлагая его надеть. Я нехотя встала из воды. Он завернул меня в халат, подхватил на руки и вынес из ванной комнаты.
Следующие два дня меня подвергали всевозможным проверкам. Брали анализы, тыкали иголками, давали пить какие-то таблетки, считывали показания моего тела на всевозможных приборах. Потом профессор подвел итог, сказав, что я абсолютно здорова. На последок он сказал, что если есть на свете чудеса, то я одно из них. Ну спасибо. Чудом меня еще не называли.
От профессора я приехала в логово, где меня ждал Тун. Мы пока решили побыть здесь, укрывшись от посторонних глаз. Я устало растянулась на диване. Тун подсел ко мне.
— А теперь ты расскажешь, что же произошло? — с улыбкой спросила я, удобно укладываясь к нему на колени. Он стал рассказывать.
Я услышала такую историю, что расскажи ее Нок, например, я спросила бы его, что он пил или курил или колол. Оказывается меня чуть не убили, чтобы выкрасть мой запас золотой крови. Если бы не Дью и связи Виная, то я не прожила бы и двух часов. Потом профессору пришла гениальная идея. И теперь я жива, здорова и полна жизненных сил.
Странная история приключилась. Этих бандитов пока не нашли, но поиски продолжаются. Все же хорошо, но почему-то мне казалось, что Тун чего-то не договаривает. Ну и ладно. Захочет, потом расскажет. Как же я хочу спать. Сама не заметив как, я уснула. Посмотрев на меня мирно спящую, Тун бережно взял меня на руки и относ в спальню, уложил на кровать, укутав одеялом. Потом долго сидел и наблюдал, как я сплю. Жесткий обруч, сковавший его сердце страхом потери любимого, постепенно ослабевал.
— Спасибо тебе за то, что выжил, — тихо прошептал он.